Владивосток серьезно «недозастроен» – мнение

5 апреля на PrimaMedia вышел авторский текст, который во многом повторяет мысли и тезисы выступления Кирилла Солгалова (Эксперт Совета по градостроительству  Союза архитекторов России, Заместитель директора, главный архитектор SPI Planning Group ООО «Оферта Диалог») на интенсиве, который проводила Единая Россия 30 марта в доме молодежи. Презентацию Кирилла можно скачать здесь, а видео ниже:

Вопреки расхожему мнению, Владивосток серьезно “недозастроен”: большое количество пустырей и “парков”, хаотичных стоянок и просто ничейной земли сделали его по-настоящему неудобным городом. Горожане ругают строителей за любое начинание, строители изобретают все новые способы вписать новострои в существующую городскую экосистему и не нарушить законодательство, а власти в свою очередь перекраивают это законодательство на разные лады, все никак не решаясь вернуться к истокам. Марина Денисова специально для ИА PrimaMedia попыталась разобраться, почему столица Дальнего Востока, да и другие города России, получились такими неудобными и что с этим делать.

Сразу оговоримся: Владивосток, конечно же, – лучший город Земли, и многие из нас, его жителей, не только ценят его настоящую красоту, но и любят “безусловной любовью” — просто потому что это наш город…

Но стоит немного порыться в современной урбанистике, как вдруг начинаешь остро и мучительно понимать: как же неудобно, некрасиво и хаотично застроен в последние 50 лет наш город. Да и многие российские города тоже.

В поисках ответа на вопрос “почему так?” многие архитекторы и градостроители давно пришли к выводу: одна из главных причин этой хаотичности и неустроенности – микрорайонная застройка. Именно такая заполонила Владивосток. Именно она сломала то разумное в планировке, что было заложено в нашем городе первыми его строителями. Именно она запутала улицы и произвольно разбросала дома, тотально не дала развиться улично-дорожной сети, заперла нас в тупиках, пустырях и пробках.

А выход из этого градостроительного хаоса прост: квартальная застройка. То, с чего начиналось большинство лучших городов мира и от чего они никогда не отказывались: Париж и Барселона, Нью-Йорк и Лос-Анджелес. То, с чего начинались старая Москва и старый Владивосток. Что до сих пор сохраняют некоторые российские города…

Кстати, вот уже несколько лет идея возвращения к квартальной застройке в российских городах активно обсуждается в профессиональном сообществе. Правда, говорят, что такую идеологию пока не поддерживает строительное законодательство. Тем не менее, ряд городов провозгласил прямо-таки жесткий курс на такую застройку. Нередко именно так проектируют свои “куски земли” отдельные девелоперы.

Более того, специалисты “Единого института развития в жилищной сфере” (Дом.РФ) и конструкторского бюро (КБ) “Стрелка” совместно с Минстроем России разрабатывают принципы комплексного развития территорий, где основной градостроительной единицей в городах России станет квартал, а максимальная высота жилых домов – 9 этажей.

Однако, к большому сожалению, ничего подобного пока не просматривается ни в генплане, ни в реальной застройке Владивостока. Вот потому и появляются до сих пор такие градостроительные нелепости, как микрорайон на Сочинской.

Но обо всем по порядку.

Проклятие Ле Корбюзье

Итак, немного истории. Именно кварталами застраивается большинство городов мира. Условно говоря, территория будущего города на карте, а потом и в натуре расчерчивается на квадраты или прямоугольники, по периметру которых строятся дома фасадами вовне. Сторона квартала обычно составляет 100-300 метров. В первых этажах, обращенных на улицу, предусмотрены коммерческие помещения – кафе и банки, магазины и аптеки. Внутри остаются “приватные дворы”. И еще снаружи – также по периметру – каждый из кварталов окружен пересекающимися улицами со всех четырех сторон. Получается, что общая протяженность сетки улиц – огромная, и каждый квартал – абсолютно доступен людям – пешком и на велосипеде, на машине, автобусе или трамвае – причем разными маршрутами.

Любопытно, что Барселона в 19 веке, когда потребовалось ее расширение, была спланирована именно так — твердой рукой гениального архитектора и инженера Ильдефонса Серда. Теперь это, пожалуй, один из самых ярких примеров квартальной застройки и высочайшей комфортности города.

Но не всем повезло с таким архитектором.

В 20-30-х годах ХХ века в мировую сферу архитектуры входит француз Ле Корбюзье со своей идеей “лучезарных городов”. Этот человек, как это было тогда модно, “взрывает” все и всяческие традиции и основывает свою школу градостроительства. По сути, микрорайонную застройку. Он предлагает отказаться от упорядоченности кварталов и строить дома на большом расстоянии друг от друга, произвольно располагая их на больших озелененных пространствах – как бы в парках. Внутри должны присутствовать школы, магазины и другая социальная инфраструктура, на плоских крышах – сады… Окружают микрорайоны магистральные дороги.

Кое-где по миру идеи Ле Корбюзье были использованы, правда, на практике все оказалось не таким лучезарным. Например, обширные пространства между домами, покрытые зеленью, довольно быстро превращались в захламленные пустыри. И уже в 1970-е годы на Западе стали отказываться от этих принципов и возвращаться к квартальной структуре.

Однако, именно эта идея полностью захватила градостроительную школу в СССР, а позже в России. Тысячи наших архитекторов впитали ее как родную. В итоге, наши города получили массу новых микрорайонов, где дома расположены “произвольно и в парках”.

Но по сути – хаотично. В микрорайонах здания рассредоточены по огромным территориям, без понятной и ясной логики, при этом они имеют гипертрофированный масштаб — ведь людям надо больше квадратов и квартир.

В городах с микрорайонной застройкой практически отсутствует связность дорог, и от одного здания до другого можно проехать где-то как-то по кривым дорогам, которые нередко вообще приводят к единственному дому, то есть по сути, в тупик.

Чтобы убедиться в этом — стоит только проехать по микрорайонам улиц Сафонова, Нейбута, Ладыгина, Сабанеева… Или попробовать добраться от Борисенко до Фадеева: фактически на несколько километров улиц есть только три связующие точки – Сахалинская, Школьная, Спортивная. В квартальной застройке перпендикулярные улицы были бы тут каждые 100-200 метров. Это называется – связность дорог. И пробок бы почти не было.

Отказ от квартальной застройки в условиях Советского Союза обернулся отсутствием полноценной социальной и коммерческой инфраструктуры. И если с детскими садами и школами все еще было более-менее по нормам, то с торговлей-офисами – полный ахтунг. Ведь дома в микрорайоне расположены далеко друг от друга и от улиц тоже (граждане должны были жить в “парках”). Магазинов, по подсчетам градостроителей, хватит и одного-двух, да и аптек-банков советским людям много не понадобится…

Однако, прошли годы, на повестку дня вернулась рыночная экономика. И магазинов по современным меркам оказалось в микрорайонах катастрофически мало, и фитнес-центры понадобились, и масса всего другого. Бизнес – он, конечно, гибкий – как мог, расположил все это добро в первых этажах домов. А также снаружи, — возле дорог и прямо под нашими окнами.

Именно здесь возникло все то, что и должно было возникнуть в законной квартальной застройке – магазинчики и предприятия услуг. Только расположено у нас все это в киосках и ларьках, где ни туалетов, ни воды, ни архитектурной красоты. Некоторые называют все это “шанхаем”… Но при этом очевидно: жизнь не обманешь, все это востребовано людьми, все, что там продается – нужно нам каждый день. Значит, пора возвращаться к кварталам!

Иногда архитекторы саркастически шутят: когда Ле Корбюзье магическим влиянием продвинул свои идеи в России, он тем самым отомстил нам за катастрофу Наполеона и его войск под речкой Березиной — на долгие годы ввергнув не одно поколение россиян в дисгармонию городской застройки.

А еще, говорят, именно этот милый француз назвал храм Василия Блаженного “бредом пьяного кондитера”. Может, оскорблю чьи-то профессиональные чувства, но – вот эта микрорайонная застройка – не бред ли? Не знаю, правда, употреблял ли Корбюзье спиртные напитки…

Хотя дело вовсе не в нем. Дело в нашей, советской, а теперь российской архитектурной школе.

Придет ли к нам квартальная гармония?

Когда слушаешь людей на митингах по поводу “точечной застройки”, вдруг осознаешь: жители, сами того четко не осознавая (ведь не архитекторы же мы) — протестуют и бунтуют именно против этой самой микрорайонной застройки и ее теперешнего хаотичного продолжения.

Во-первых, дисгармонию мы чувствуем интуитивно: музыкальность квартальных тактов – это совсем другое, нежели “произвольно” разбросанные на больших пространствах дома. Дорогие сердцу проектировщиков зеленые зоны практически тотально превратились в пустыри, заставлены уродливыми железными гаражами, машинами, загажены свалками и автомобильными шинами. Чувствуем мы дисгармонию и вполне рационально: дорог катастрофически мало, магазинов, детских и спортивных клубов, кафешек и т.п. – тоже.

Во-вторых, важнее и острее оказалось другое: вот эти самые “зеленые пространства”, оказавшись не у дел, теперь активно и естественным образом стали застраиваться. Ну просто логика развития городов такова: он должен быть достаточно компактно и плотно застроенным. Это логично и экономично. Поэтому на такие пустыри и претендуют застройщики наперебой!

Вот только квартальная застройка предполагает ограниченную и соразмерную человеку этажность – максимум 6-7 этажей. А тут – среди советских микрорайонов один за другим воздвигают 25-этажные монстры. И люди чувствуют этот кошмар, этот дисбаланс…

Почему же нам нужна она, квартальная застройка?

В Сети каждый из нас может найти огромное множество аргументов “за”. При квартальной застройке этажность домов – ниже, гуманнее и соразмернее человеку, а плотность застройки выше, и квадратов на одной и той же площади получается больше. Зато и территории дворов – более камерные, приватные, личные. И зелени хватает – потому что кварталы застройки можно чередовать с кварталами скверов, школ или детских садов.

Или вот отличие. Микрорайоны окружены магистралями, причем, все они далеко от дома, их мало, и они, естественно, перегружены (узнаете Владивосток?). А кварталы окружены неширокими улицами, которые предназначены не только для автомобильного движения, но и для пешеходов. И потому улиц – много, и пробок может быть меньше, и путей добраться от точки А до точки В – великое множество.

Дома выходят непосредственно на улицу, вернее на широкий тротуар, который является общественным пространством для горожан. Первые этажи – заняты коммерческой недвижимостью, и значит, хватает офисов, магазинов, кафе и библиотек. И значит улица живет всегда.

Казалось бы, такой простой опыт – разбить пространство на квадратики – оказался одним из самых удачных урбанистических экспериментов, который проверен временем.

Почему же Владивосток упорно не видит этого? При том, что центр города именно так и построен. А вот застройка 70-80-х…

Конечно, уже сложившиеся микрорайоны города непросто перестроить – это дело будущего, когда сюда придут деньги и реновация. Хотя и здесь можно многое сделать, например, проложить сеть дополнительных улиц – через пустыри, или промзоны. Вон их сколько – на Борисенко или Шошина, на Постышева, Сафонова или Нейбута.

Либо – облагородить пустыри и оставшиеся свободными “поля” в микрорайонах: где-то благоустроить скверы и спортплощадки, а где-то – построить небольшие здания с социальной и коммерческой инфраструктурой (по мнению архитекторов и вопреки расхожему мнению горожан, Владивосток, за исключению центра, недозастроен).

При этом, чтобы снять социальную напряженность такой “достройки” микрорайонов, необходимо категорически ограничить этажность и запретить возведение 25-этажных монстров в уже сложившейся застройке.

Конечно, проще строить гармоничные кварталы с нуля. Причем сначала стоило бы прокладывать улицы (с дорогой, широким тротуаром, зеленой зоной и велодорожкой), ограничивающие квадраты-прямоугольники, заодно планировать кварталы-парки и кварталы-школы. А потом уже строить…

Так почему где-нибудь в чистом поле – на Зеленом углу или на Сочинской – появляются эти странные дома-одиночки – без дорог-улиц и графической упорядоченности? И что делать, чтобы животворящая квартальная застройка возобладала?

Наверное, решающим должен быть голос архитекторов, градостроителей, управленцев в области развития города. Но может и формироваться запрос общества. Так иногда бывает – граждане мыслят быстрее специалистов.

Если люди продолжают уезжать из Владивостока – может изменить и градостроительную политику тоже?

Секция Урбанистика и городские сообщества на МедиаСаммите: о чем и для кого?